мария-антуанетта
Когда тебя вязали палачи,
мне было стыдно, тягостно и страшно.
Но тело, как последняя рубашка,
молило: «отвернись и промолчи».
А вот потом, когда ревел народ,
на голову отрезанную глядя,
мне не хотелось жалкой жизни ради
ареста ждать – скорей наоборот:
нож гильотины виделся калиткой,
мгновение – и нежной маргариткой
уже в твоём саду навеки я.
Ты ждёшь меня, для вечности раздета,
наивная моя Антуанетта,
Мария безголовая моя.
Оценок пока нет
Свидетельство о публикации №:
15638
Иные и с головой сродни безголовой Марии. Вот прочитала, и пойду исправляться, приоритеты расставлять. И у самой голова на проволочке, раз пытаюсь иногда донести недоносимое, и на других безголовых времени жалко. Но это так, мысли вслух ассоциативные.
Очень понравилось, Жиль. Тут такое... И предательство вначале, и страх, и малодушие. А потом болючее раскаяние от этого предательства. Так и хочется начать сублимировать зряшное во что-то настоящее и полезное. Ых... Зацепил, да.
Жуть какая!!! Голая и безголовая - сидит себе, ждёт ЛГ
А мне нравится. Ника, вы знаете о том, что когда Мария Антуанетта поднималась на эшафот, она случайно наступила на ногу палачу и сказала - Простите, месье, я не нарочно. Представляете её воспитанность? Кровь... бедная девочка.
Из стихо я убрал бы "вязали". Но это личное, у меня породистая сука, собачка.
Голая, безголовая и воспитанная
Я бы сказал - даже на собственной казни;)
И мне нравится этот сонет. Последний терцет - блеск.