... зона повышенного творческого риска *)

Грушенька

Вечный огонь, вечная память, вечная любовь — все бред, нет ничего вечного в этом мире. Погасли Вечные огни на Украине, умерла вечная память о тех, кто не оставил исторического или интеллектуального наследства. Про любовь и говорить-то смешно! Вот она была и — нету!
За окном капризничает осень, плещется в багряно-бронзовых лужах. Красиво, романтично, но угрюмо. Валяюсь с растерзанной душой и без каких-либо планов на будущее. Скорее всего, наступает депрессия. Бедный я и несчастный, брошенный и забытый. Аграфена свинтила ночью, а ведь божилась, клялась в верности, сука. Говорила, что никогда и ни за какие коврижки не бросит меня, не оставит. Выходит, врала. Врала искренне и регулярно. Врала о том, что она тоже бедная и никому ненужная правильная девочка. Терпеть не могу правильных людишек. От них всегда ждешь какой-нибудь гадости. А ведь у нас могла бы получиться идеально-бедная семья!

Натянул на голову одеяло, отгородился кромешной тьмой от неизбежного рассвета. Потихоньку стала оживать коммунальная квартира, послышалось шарканье тапок и сопение в коридоре. Какого черта людям не спится, сегодня же воскресенье! Дверь в комнату открылась без приглашения; кашель соседа сдул с моего черепа гробовую крышку из верблюжьей шерсти. Что надо этому старику в столь ранний час? Неужели он не понимает, что тревожить спящего человека бестактно. Сосед блестел как надраенный самовар, пыхтел и торопился высказаться. Боялся, что его вечная память даст сбой, и он забудет сообщить нечто важное. Наконец он разродился:
— Представляешь, — надулся он от гордости.
Эмоции распирали его так, что в любой момент могло сорвать клапан. Нет, я не боялся смрада. Мясокомбинат, на котором я трудился, напрочь атрофировал обоняние. Судя по цветущему виду Николая Семеныча, комната после физиологического конфуза заблагоухала бы «Ландышем серебристым» или «Ночной фиалкой». На худой конец — «Красной Москвой», но этого не произошло: непрошенный гость сдержался.
— Представляешь, — повторил он, захлебываясь. — Дениска, внучок мой, вчера сказку сочинил. Ага, сказку! Про какашку! Ну, как тебе это?!

Николай Семеныч пописывал в детскую рубрику местной газеты истории про оторванные собачьи хвосты, про говорящие дырочки, про буквы, бегающие по тетрадным листам. Мне кажется, он тайно и сильно пил. Ничего удивительного в том, что извращенные фантазии деда-литератора передались внуку, не наблюдалось. Я представил живую какашку и ее маленьких детей, сидевших за обеденным столом. Бог ты мой, куда катится мир?!
— Понимаете, от меня Груша ушла, — перебил я, посвящая соседа в горькие тайны и желая быстрее от него отделаться.
Он меня не понял, задумчиво покрутил в руках забытый Грушей лифчик.
— Какая Груша, дорогой мой?! Тут какашка! Понимаешь, живая, говорящая какашка! В пять лет — про какашку! Это же гениально! Гениально!
Николай Семеныч всплеснул руками и выскочил из комнаты. Было слышно, как он делился новостью с Серафимой Петровной — ветераном самогоноварения. Та ахала, охала и восторженно громыхала кастрюлями.

Весь день я провел в постели, вспоминал Грушу, мысленно поливая грязью, замешанной на ревности. «Ну вот, братец, ты и стал свободен!» — успокаивал я себя, понимая, что абсолютной свободы не существует: человек всегда отчего-то зависит. Хотя бы от обстоятельств. Так я и лежал, умоляя Бога об апокалипсисе. Казалось, лишь катастрофа глобального масштаба заморозит мою боль. Господь, как всегда, оказался глух. Ничего сверхъестественного не произошло: Земля не остановилась и Солнце не погасло. Совсем расстроенный я взял газету. «Беременная женщина приняла участие в массовой драке в Томске. В результате — участники конфликта получили телесные повреждения. Из автомобиля будущей мамаши изъята бейсбольная бита», — значит, не все потеряно, остались еще женщины в русских селениях! Или вот: «Женщина в Шереметьево уехала за телефоном на багажной ленте»,  — тоже неплохо! Разве заокеанские или европейские гражданки додумались бы до такого? Никогда! Они же слабоумные! А мне не везет, не везет... Может, Агрофена — немка или, того хуже, — американка? Так и уснул, измученный догадками и подозрениями.

Утром позвонил в поликлинику и вызвал врача: требовался трехдневный перекур, чтобы успокоить разболтанные нервы. Казалось, что за дверью постоянно отирается Серафима Петровна. Хотя, почему казалось? Нюансы человеческой жизни лучше всего видны в замочную скважину. Самогонщица вероятно следила за мной из лучших побуждений. Возможно, она хотела чем-нибудь помочь. Уж кто-кто, а эта старая грымза отлично знала: управлять настроением легко, особенно с помощью алкоголя. Я бы с радостью выпил, но врач… Он же не поймет, не оценит масштаб постигшей меня трагедии. И тогда прощай больничный лист!

Ближе к вечеру нарисовался архаровец в черном плаще и шляпе «Аль Капоне». Он с безразличием осмотрел комнату и спросил у книжного шкафа: «На что жалуетесь?» После этого полез в портфель из «крокодиловой» кожи. «Сейчас он достанет наган и одним выстрелом решит все проблемы», — подумал я, но ошибся. Доктор вытащил фонендоскоп.
— Дышите глубже! — приказал он, и мои легкие засвистели как кузнечные меха.
Доктор нахмурился и померил давление.
— Побойтесь Бога, вас в космос можно отправлять, а вы людей от дела отрываете! Сейчас какая-нибудь старуха умирает, а я тут с вами время теряю!
Затаив дыхание, за дверью умирала Серафима Петровна. Катастрофически испорченный интеллектом, я философски ответил:
— Что делать? Общество свято чтит библейские законы и свято их нарушает. Больничный, значит, не дадите?
Архаровец в черном плаще изумленно посмотрел в мои глаза и нахлобучил шляпу.
— Ну, вы и хам!
Хорошо, что он не окрестил меня симулянтом, а то пришлось бы сгореть от стыда. 

В тот же вечер я напился. Серафима Петровна поначалу хотела проявить альтруизм, но воображаемый звон монет заглушил голос ее совести. Пришлось раскошелиться.
У стола вертелся пятилетний сказитель и бессовестно таскал из банки маринованные огурчики. Его причмокивания напоминали Грушины поцелуи, оставившие глубокие ожоги на моей душе. Голова у Дениски была большая, и огурцы исчезали в ней, как в бездонной бочке. Хотелось прогнать пацана, но вместо этого я посадил его к себе на колено.
— Ну что, Дениска, расскажешь сказку?
Малец оживился и проглотил еще один огурец.
— Про какашку?
— Про какашку, — я грустно усмехнулся.
Дениска сполз с коленки и встал посреди кухни. Весь его вид говорил о том, что сейчас он откроет страшную тайну, о которой я никогда не подозревал.
— Жила-была какашка, — торжественно начал он, — и звали ее Грушенька!

0
Оценок пока нет
Свидетельство о публикации №: 
7653
Аватар пользователя филин
Вышедши

Во какашка-то! laugh

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Юнкер
Вышедши

Доброго дня, ВоваН! Сказку про какашку сочинил внук моего приятеля. Эх и смышленный пацан!

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя филин
Вышедши

Молодец! Вырастет, может, в суд на мультипликаторов подаст (за сворованную идею).devil

Вопрос есть. По-моему, маловато Груша описана для того, чтобы можно было поверить, что она - какашка такая. Из текста она сейчас - никакая, просто невнятное стенание заслуженного работника мясоперерабатывающей промышленности (знаем - плавали!). Как анекдот это вполне годится, а вот для драматизьмы - маловато будет.
Определённее на этот счет могут сказать (или возразить) Лариса и Маэстро, Блондико Чо и Питон ещё, если поблизости окажутся. Я - только читательское мнение высказал.wink

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Юнкер
Вышедши

Грушенька для фона. Она не главный герой. Тут сама сказка меня поразила. Вот он, сказитель! Во всей красе!

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Ветровоск
Вышедши

Вот что меня изумляет - ведь тренькает что-то в районе, предназначенном для мозга, периодически - Грушенька... мальчик и сказки про какашки... пошли,Господи, Апокалипсис... и ещё... и ещё... И можно бы прислушаться и начать вспоминать, откуда бы звоночки - но не хочется :)))) Настолько всё естественно переплелось и настолько хорошо читается :)))

И фиг с ними, с блошками, когда они есть: как говорится, на каждую найдётся редактор. А читаю с удовольствием всё - за что опять автору спасибо :)

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Юнкер
Вышедши

Спасибо, Ветровоск, за теплые слова. Блошки, действительно, есть. Но я сейчас в таком состоянии, что править что-то нет никакого желания. Грушенька из Достоевского. Но Дениска не знал об этом. Намедни обожрался груш и его пронесло laugh

Доброго Вам дня!

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Недопушкин
Вышедши

— Жила-была какашка, — торжественно начал он, — и звали ее Грушенька! Когда-то она жила у одной собачки, да пришлось расстаться...
Привет, Великий Сказитель!!! :0)

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Юнкер
Вышедши

Привет, Сантей! Каким ветром тебя прибило к этому причалу?

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Недопушкин
Вышедши

Ветром перемен :0)

0
Оценок пока нет
randomness