... зона повышенного творческого риска *)

Укол 12-й: БаржИ стехов без перебою, или Кто кого дурит

 

У нас сегодня особенный день. Торжественный. Ибо наш сегодняшний пациент - мастер на все руки. И на все ноги. И на всю голову. Потому как режиссер, актер, поэт, участник комик-труппы... Помните? «Это студентка, комсомолка, спортсменка. Наконец, она просто красавица!» (с)

А у нас, соответственно, красавец. Одни усы чего стоят!

А зовут этого красавца Борис Владимирович Барский. Мы как узнали, что мы его до сих пор не знали, так и все. Хоть с горя топись. В собственных горючих слезах.

Но потом, пораскинув мозгой, смекнули мы, что и у этой безнадежно-отчаянной ситуации есть своя положительная сторона медали. Ведь все остальное человечество уже давно знает творчество Барского наизусть. Цель жизни достигнута, и жить человечеству дальше как бы не имеет смысла.

А мы еще тока-тока вкусили. Нам еще открывать и открывать для себя бесчисленные грани таланта этого алмазного самородка.

А хотите, вместе откроем? И посмакуем. Как любимое варенье.

Сразу предупреждаем - все цитируемые тексты подлинные. Именно этим восхищались и продолжают восхищаться миллионы зрителей и читателей на всем постсоветском пространстве, а возможно, и за его пределами. Именно это годами издавалось и продолжает издаваться многотысячными тиражами. Смотрите и благоговейте:

1994 — «Лирические стихотворения о любви к разнообразным женщинам», ТО «Маски», издательство «Черноморье», тираж 5000 экз., 112 стр.
1996 — «Лирические стихотворения о любви к разнообразным женщинам, ч.2», ТО «Маски», издательство «Черноморье», тираж 10000 экз., 80 стр.
1998 — «Лиризмы Бориса Барского», издательство «Ваклер», тираж 10000 экз., 256 стр.
2003 — «Лиризмы. Стихи. Проза»,  издательство «Друк», тираж 1000 экз., 166 стр.
2004 — « Бальзам для мозгов», издательство «Кобза», тираж 5000 экз.
2005 — «Лиризмы», издательство «Кобза», тираж 5000 экз.
2010 — «Понарошку», детская книга
2011 — «Чёрный кот»[3]

Если кто-то еще не – настоятельно рекомендуем. Мало вам не покажется!

Но хватит раззадоривать читателя. Пора и насладиться.

Берем нетленку наугад, буквально - первую попавшуюся.

Бездумно, дерзко и упрямо

"Бездумно, дерзко и упрямо,
Отбрасывая смысл здравый,
Шагал все время только прямо,
В четверг сворачивал направо.

И, подчиняясь вдохновенью,
Сходил с дороги, брёл тропою,
Полдня шагал за своей тенью,
Полдня шагала тень за мною.

То в капельках росы хрустальных
Искал правдивого ответа,
То убегал от глаз печальных
На край земли, грань тьмы и света.

И на краю головокружно,
Кто ищет – тот всегда найдёт,
Познал: дурная голова
Ногам покоя не даёт,
А дураку с самим собой
Нисколько не бывает скучно..."

Видите, как изящно автор напомнил нам простую, хотя и несколько избитую истину о том, что дурная голова ногам покоя не дает.

А вот автору явно не дает покоя слава Даниила Хармса. И он пытается тут втюхать читателю этакий доморощенный абсурд. И таки втюхивает. Женщины кидают в воздух не только чепчики, но и бюстгальтеры, и даже собственных грудных детей.

Какой-нибудь злобный критик сказал бы, что это - примитивный набор банальных каламбурчиков и затоптанных фразиологизмов. И что даже единственное прикольное место в стихе насмерть искалечено чудовищным сбоем ритма:

Полдня шагал за своей тенью,
Полдня шагала тень за мною.

И что вот это – махровая графомань, замаскированная под этакий контрастный лиризм:

То в капельках росы хрустальных
Искал правдивого ответа,
То убегал от глаз печальных
На край земли, грань тьмы и света.

И что рифмы самые примитивные, включая глагольные:

Ответа-света
Найдёт-даёт

Но мы такого критика и слушать не станем. Клевещет, сволочь! Из зависти. Славе всенародной завидует, гад! Мы за ним не пойдем. Мы пойдем за народом. И тоже счас что-нибудь бросим в воздух. Но сначала еще почитаем. Второе попавшееся, например.

Буквы написаны

"Буквы написаны
Чёрным по белому:
Жизнь есть театр,
А актёры в нем –
Публика.
И непонятно
Только дебелому,
Что чёрная дырка –
Не дырка от бублика.

Мысль Чжуань-Цзы
Терзала несносная,
Снилось ему, будто он,
Чжуань-Цзы,
В небе парит,
Словно бабочка пёстрая;
Бабочке снилось –
Она – Чжуань-Цзы.

Зебра в полоску,
А шахматы в клеточку,
Можно сломать
Одну тонкую веточку,
В узкую щель
Не пролезешь без мыла,
И веник сломать –
Никому не под силу.

И все же не следует
Вешать нос –
Быть иль не быть? –
Вот в чем вопрос.
Ясен ответ
Много-много лет:
Быть, но не Быть –
Вот в чём ответ!

Всё очень просто,
И вы не пугайтесь –
Следует в жизни
Быть Далай-Ламой,
Смело плодитесь
И размножайтесь
Кама-ма-сутрой
И сутра-ка-мамой.

Было б стремленье,
Было б желанье,
Счастлив, кто ищет,
Блаженный – мудрей.
Аста ля виста,
Гудбай, до свидания,
Оревуар и ауфвидерзей!"

У рояля то же. Видите? Это уже авторский почерк. И все тот же джентльменский набор: легкая придуринка, примитивные каламбурчики, кое-какие рифмы, плюс панибратский подмиг великим мыслителям. И снова работает безотказно. Снова женщины, чепчики…

А вот и про них, про женщин:

Бывают женщины разные

"Бывают женщины разные,
Бывают, как вина, искристые,
Белые или красные,
Бродящие и игристые.

Десертные вина, креплёные,
Или ликеры сладкие,
Бывают они округлённые,
И, наоборот, – гладкие.

Бывают, как лёд,
И бывают, как мёд,
Грог и коктейля
Холодная взвесь...
Коньяк ли? Шампанское?
Кто их поймет?
Хотя, говорят,
Даже умные есть."

Какие мысли! А какой юмор! Петросян отдыхает, на Таити.

Что? Где тут стихи? Это опять давешний злобный критик спрашивает. А не послать ли нам его… к женщинам? К ядреной Фене, например?

А мы требуем продолжения банкета!

Что у нас дальше? Ага, крик ранимой души поэта:

"Есть на лице моем печаль,
Я не могу уже молчать:
Я гений! – хочется кричать –
Никто не хочет замечать."

Как это никто?! Наговариваете на себя, уважаемый! Восемь (!) книжек, две правительственные награды, звание народного артиста, кино, телевидение… И всенародная любовь. Потому что народу больше всего нравится именно такой придурковатый и пошловатый юморок. Как в следующей нетленке, например:

"Из Киева в красавицу Одессу,
Я закурил в сортире и лечу,
Нажал на смыв – явилась стюардесса,
А стюардессу я как раз и не хочу.

Но нагло в дверь стучит своей ногою,
– Открой, – кричит мне дерзко. Я молчу...
Ведь я-то знаю: дверь ей не открою,
Опять же, потому что не хочу.

А самолётовые органы шипят,
Сквозь дверь шезофреничка мне орёт:
– Ты не один в салоне, все хотят...
– Пускай, кто хочет, тот тебя берёт, –
Я ей...

Хорошим людям не везёт,
Бортпроводник, мудак,
Ногой по двери двинул!
И мне, хорошему: «Покиньте самолет!»
Я выше склок, и я его покинул.

А самолёту разрешили взлет,
И на душе так муторно и гадко,
В чудесный город чуждый самолёт
Уносит не меня, а психопатку.

Согласен, что возможно низко пасть,
И возжелать ту суку, стюардессу,
Взлететь и беспрепятственно попасть
В любимую до одури Одессу.

А я не смог, все хлопоты пустые,
И самолёт в лазурном небе тает,
В ушах навязчиво звенит:
«Говорить Киiв,
Аеропорт Бориспiль Вас вiтае!»"

Как глубоко! Как тонко! А главное – как смешно!

Опять злобный критик мог бы завопить, что это, мол, примитив. И что автор имеет весьма приблизительное представление об основах стихосложения. И что рифмы тут – тупее и «глагольнее» не придумешь. И что схема рифмовки – как башка с похмелья. И что юмор сортирный. И что, и что…

Ну и ЧТО? А народу - нравится! Народ хохочет «до ус*ачки»!

От вот этого, например:

«Я полу-клоун и поэт на-половину,
но вот одно я осознал уже давно
Я словно мухами засратая картина
и не говно, но и не полотно»

А вот то же самое живьем:

 

 

Обратите внимание: судя по голосам за кадром, публика в зале собралась семейная, с малыми детьми. Что не помешало Борису Владимировичу таки выдать свою тщательно подготовленную шютку про «говно». Нате, мол, дети! Учитесь, как надо шутить. А вы, взрослые, зацените, какой я самоуничижительный – сам себя «засратой картиной» обозвал. Вот это уровень! Вот это скромность! Вот это мастерство!

А теперь пару слов без протокола.

Мы тут побродили по сети. Почитали про Бориса Владимировича. Все в один голос твердят, какой он талантливый, трудолюбивый, добрый и скромный. Очень может быть. Мы его совсем не знаем и судить о его человеческих качествах не беремся. Но, почитав его "стихи", мы пришли к выводу, что талант его либо сильно преувеличен, либо распределен как-то очень уж неравномерно. Не знаем, как обстоят дела в кино или на телевидении, но на стихи таланта явно не хватило.

Мы прочитали около тридцати «стихотворений» автора. Уровень команды КВН г. Кислодрищинска. Да, кое-где попадается что-то похожее на стихи или на юмор, или на то и другое разом. Вот, например:

«Я замер около фонтана,
На Вас поднять не смея глаз,
Я экзотичным был и странным,
Как киви или ананас.»

или вот:

"Я сижу с бокалом в баре,
И безумно скучно мне.
Я мечтаю о пожаре,
И о девушке в огне.
Как ее, собой рискуя,
Я спасаю из огня,
И как нежно поцелует,
Скажет: "На, возьми меня".
Я возьму, дрожащий нервно,
Год прошел- и вот итог,
Думаю, что эту стерву
Я б собственноручно сжег."

Вполне симпатично и почти без изъянов. Но таких «жемчужин» - раз-два и обчелся. И все они надежно погребены под толщью того, что вы видели выше – аляповатого и вымученно-юморного ширпотреба весьма сомнительного качества.

Автор просто дурачится более или менее в рифму. Этакая клоунада в стихах. Но не очень смешная. И не очень в стихах. Ибо стихами это можно назвать только с очень большой натяжкой – оборвав этим самым «стихам» все наличные уши, притягивая.

Мы не исключаем, что, если бы Борис Владимирович поставил себе целью повысить свой стихотворный уровень, у него бы это получилось. Но в том-то и дело, что грызть гранит стихотворчества и "изводить единого слова ради тысячи тонн словесной руды" желания у него нет. Или времени. Ведь столько других дел и забот. Да и зачем напрягаться? Если народ и такое ест за милую душу.

Кстати, о скромности. Вполне может быть, что Борис Владимирович от природы действительно человек скромный и застенчивый. Возможно даже, что поначалу он свое стихотворчество всерьез не принимал. Но потом, как нам кажется, стал думать примерно так: раз народу нравится, а издательства издают, может, я и вправду гений? Как иначе объяснить тот факт, что он публикует ВСЕ. Не только избранное, а все подряд - до самой последней нескладушки, пришедшей ему на ум в сортире самолета. И то верно - нельзя же лишать потомков пусть даже самой маленькой капельки этого брызжущего во все стороны таланта!

Коню ясно, что собака популярности Барского-поэта зарыта на телевидении. Если бы не оно, помер бы давно с голоду наш поэт, с такими стишками-то. А так еще и модным автором заделался. Тут все очень просто. Если у вас есть обычная хлопчатая майка и вы хотите ее продать, то не факт, что это у вас сразу получится. Потому что маек вокруг – хоть … ешь. Но если не ней крупными буквами написать, например, «АРШАВИН», то ее сразу же кто-нибудь купит. Какое отношение имеет Аршавин к качеству майки, понять трудно. Но - работает! Так и здесь - какое отношение имеет г-н Барский и подавляющее большинство его творений к поэзии, одному богу известно. Но народ разбирает. А, это тот самый, из «Маски-шоу»?  Заверните! И это тоже!

Народ можно понять. Он настолько задолбан повседневной беспросветностью, что просто физически и перманентно жаждет смеха. Он всегда готов. Как пионер. Достаточно любого повода, чтобы он начал ржать. Именно поэтому он ходит и на спектакли Петросяна. Потому что помнит, что Петросян – это комик. Комик=смешно, смешно=весело, весело=не так тошно. Гы-гы-гы!..

Когда-то Райкин восклицал в знаменитом скетче про «Греческий зал»: - Дурят людей!..

Но это было тогда. А сейчас людей никто не дурит. Сейчас люди дурят сами себя, причем с энтузиазмом.

Мы попробовали уяснить для себя, в чем состоит «выдающность» и неповторимость образа Барского как поэта-юмориста. И не смогли. Ибо весь образ - сплошная «повторимость». Начиная с усов. Сличайте.

Прикольно. Только это – уже было. То же самое касается и вкраплений абсурда в его произведениях. Даниил Хармс сделал это намного раньше и намного убедительней. А что привнес в поэзию непосредственно сам Барский, кроме примитивных рифм, недодуманных философизмов, плоского юмора и пренебрежения основами стихосложения?

Хотя нет. Пожалуй, кое-что все-таки привнес. Он ударения в словах переставляет - о! От балды. И сам балдеет от такой своей находчивости и оригинальности. Хотите побалдеть вместе с ним? Пожалюста:

Вот я бесстрашно
В тыл врага,
В овраг, где сорные цветы,
На дно сырого оврага,
Где ты, собаки, фашисты...

Правда, клево?

У нас сложилось впечатление, что автор сознательно действует по принципу «чем хуже, тем лучше». Помните классику?

В огороде бузина,
А в Киеве дядька.
Что ж ты, милый, наковеркал?
Не забудь мои страданья!

Так вот, нам кажется, что в своем творчестве Борис Владимирович неуклонно следует именно этому бессмертному примеру. Кстати, очень удобный принцип. Потому что - взятки гладки. И сразу отпадает необходимость выравнивать ритм, например, или рифмы подбирать, или мысль додумывать. А если возникли вопросы – нивапрос. Что б вы вообще понимали в стихотворной клоунаде! Типа - это не мазня вовсе, а сюрреализм такой – Сальвадор Вдали.

Тем не менее, Барский в поэзии - это явление. Примерно, как Жириновский в политике. Народ любит клоунов. Даже не очень смешных. Успешный клоун - это не тот, кто «объективно» самый смешной, а тот, кто знает, как подать материал. Ибо народ схавает любую туфту, если ее правильно преподнести. С выражением, так сказать. Более того, чем откровеннее туфта, тем легче она проходит. Особенно, если ее подать с экрана телевизора.

Почему так? Не знаем точно. Может быть, потому, что примитивный юмор легче усваивается организмом. Юмор утонченный да завуалированный напрягает, сомнения возникают: понял - не понял, смеяться – не смеяться... А тут все «простенько и со вкусом» и без гнилой интеллигентности. Наш клоун, свойский! Гы-гы-гы!…

А популярность с определенного момента – это неиссякаемый источник энергии, сам себя пополняющий – «перпетум мобиле».

Повторимся: очень может быть, что Борис Владимирович – прекрасный человек, «приятный во всех отношениях». Но вот называть себя поэтом мы бы на его месте не стали. Постеснялись бы.

Поэтому укольчик Вам, Борис Владимирович.*)

 

Баржи стехов без перебою...

Баржи стехов без перебою
В Одессу Боря приводил
И был, довольный сам собою,
В большом почете у чудил*.

Он куплетист оригинальный,
Покруче Бубы в сотни раз.
Начхать, что юмор сплошь анальный,
Зато без лишних выкрутас.

Припев:

Я вам не скажу за всю Одессу
Вся Одесса очень велика-а
Но и телевиденье, и пресса
Обожають Борю-остряка.

Бродя в инете как-то в мае
Нашел я Барского следы
И сразу понял, шо немає
На свете большей лабуды.

И где бы был он без газет и
Без телевиденья с кино?
В порту б надраивал клозеты,
Слагая оды про бревно**.

Припев:

Я вам не скажу за всю Одессу
Вся Одесса очень велика-а
Но и телевиденье, и пресса
Обожають Борю-остряка.

Белеют сходу стюардессы,
Лишь только Вовыча узрят -
Его сортирные эксцессы
Пужають барышень не зря.

Но добрый зритель Боре-душке
Отдаст последние трусы.
Плевать, что пишет нескладушки,
Зато прикольные усы!

Припев

*)

-------
* чудилы - читатели на букву "м"
** ну, сами подумайте - при чем тут "бревно"?

 

0
Оценок пока нет
Свидетельство о публикации №: 
1661
Аватар пользователя Praskovija
Вышедши

"Баржи стехов без перебою
В Одессу Боря приводил
И был, довольный сам собою,
В большом почете у чудил*...."

Не расходуйте мне последний нерв!© 
Я сильно извиняюсь, но кто это за конкурэнт-Боря, шо со мною "по одной Одессе" шастает?!
Непорядочек!
Заявляю авторитетно, шо моя баржа, таки лучше! Больше, глубжее и ширше!

cheeky

0
Оценок пока нет
Аватар пользователя Виктор Граков
Вышедши

Хороший стёб требует элегантности и мастерства. У автора с этим проблемы. Он довольствуется тем, что иногда случаются действительно удачные строчки, которые, увы, не делают погоды во всём стихе.

Примерил критические замечания к себе и понял, что зачастую грешу тем же. Утешился тем, что я автор пока малоопытный и не статусный и ещё сумею отнестись к своим твореньям объективно.

0
Оценок пока нет